Новая газета
VK
VK
Twitter
Рязанский выпуск
№29 от 30 июля 2020 г.
Свежие новости
Держать планку
 Режиссер Скопинского театра «Предел» Владимир Дель – о плюсах самоизоляции, стоянии на голове и демонизме Гоголя

Он живет по закону сохранения душевной энергии. Обладая замечательным детским свойством смотреть на мир восторженными глазами. Сопереживая и вдохновляясь. Впитывая, вбирая все новое и интересное. Чтобы потом все щедро вернуть сторицей! Расширяет границы своего небольшого провинциального городка, притягивая силой таланта известных и знаменитых людей. И сам, выходя за эти границы, культивирует вокруг себя ПРЕДЕЛьно творческое пространство… 

17 июня основателю и руководителю Скопинского молодежного театра «Предел» Владимиру ДЕЛЮ исполнилось 65 лет. Предъюбилейный период пришелся на самый жесткий карантин. Поэтому у режиссера было время не только собраться с мыслями, но и обдумать новый спектакль.



Выбор пал на «Старосветских помещиков». Моноспектакль по этой повести Гоголя Владимир Дель поставил совместно со своим учеником, а ныне актером МХАТа им. Горького Михаилом Сивориным. Официальная премьера состоялась в Скопине 24 июля. И этот спектакль, подготовленный и выпущенный в такое непростое время, оказался для режиссера личной историей.

– Когда мы задумывали новую работу, то сразу решили, что это должен быть спектакль нежный, о любви, чтобы он подходил для разного возраста. Мы не хотели делать «музейную» постановку, очередную иллюстрацию Гоголя с малороссийским акцентом. Мы стремились создать нашу историю, личную, скопинскую. Рассказать о состоянии сегодняшнего человека, о том, что творится в нашей душе, о любви, которая порой превращается в привычку. И, конечно, о грусти и печали, которая накрывает при расставании с земной жизнью. У Гоголя в тексте есть и фантастика, и мистика, и лирика, и поэзия, и, конечно, демонизм, который, как мне кажется, очень важен в этой повести. Мы постарались не сводить историю до бытовых отношений: дескать, жили-были – а прочитать ее на других уровнях.

– Владимир Федорович, как отпраздновали юбилей?

– День рождения пришелся на период пандемии, поэтому никакие массовые торжества не предполагались. Но собрался малый круг родных и близких людей. В гости из Санкт-Петербурга приехал сын Илья с женой Дарьей и внучкой Аглаей. И нас всех пригласила к себе в кабинет Марина Евгеньевна Ретюнская, начальник скопинского управления культуры и туризма. Так что все сошлось совершенно удивительным образом: семья, коллеги, цветы, поздравления, музыка… Все было очень трогательно и тепло! Был и неожиданный сюрприз. Мы еще были в кабинете, когда вдруг с улицы начали скандировать: «Владимир Федорович! Владимир Федорович!» Оказалось, что меня пришла поздравить компания моих воспитанников из театра «Рай-центр» 2-й скопинской средней школы. И прямо под открытым небом на сцене у Дворца культуры мы с ними задували свечи, резали торты и наслаждались чудесным солнечным днем и радостью встречи! Так что юбилей оказался совсем не формальным. Но это лишний раз дало возможность почувствовать, что в жизни нет ничего дороже, чем семья и любимые друзья.

– Но, наверное, самым дорогим подарком в этом году стало рождение внучки. Как себя ощущаете в роли дедушки?

– Очень ответственно и серьезно. Отношусь к этому как к своей новой миссии, педагогически основательно. Уже готовлюсь разучивать стихи вместе с Аглаей, делать какие-то роли. И самое главное, этого хотят и родители, так что здесь наши стремления одинаковы. С появлением внучки каждый день нашей жизни превратился в полнейший восторг. Удивительно наблюдать, как она познает мир! Каждый ее день – череда побед! И мы все переживаем вместе с ней, открывая окружающий мир заново. Бывают и огорчения, и слезы. Но без боли и без терпения жизнь прожить невозможно, и к этому привыкаешь с младенчества.

– Как для вас прошла самоизоляция?

– Сначала было совершенное удовольствие от массы свободного времени. Я пересмотрел огромное количество спектаклей он-лайн и это оказалось бесценным опытом, настоящей театральной лабораторией. Параллельно в дистанционном режиме занимались с нашими ребятами из театра «Предел». Так что первое время шла насыщенная творческая «зарядка». Но постепенно наступило пресыщение. Захотелось солнца, неба, воздуха, простора! В Скопине, конечно, у нас было больше свободы, чем в крупных городах. Можно было уйти в поле, в лес, уехать в родной поселок. Ну и, конечно, освободилось время для спорта: занимаюсь йогой, стою на голове, бегаю, держу планку. И если в начале карантина выдерживал две минуты, то теперь стою в планке четыре минуты совершенно свободно. Тоже достижение!

– Возможно, что в таких условиях и тема «Старосветских помещиков» появилась не случайно? По сути, вся жизнь Афанасия Ивановича и Пульхерии Ивановны на хуторе была настоящей самоизоляцией, где они были замкнуты только друг на друге…

– Действительно, у Гоголя нарисован некий обособленный малый мир. Земной рай. Внутри этого замкнутого пространства существуют два человека, муж и жена, и при этом абсолютно счастливы. Они кушают, спят, беседуют – и такое существование для них и есть настоящая идиллия. Все беды приходят из внешнего мира: дикие коты, которые вторгаются из некоего темного леса и разрушают уютную скорлупу. Мир этой пары самодостаточен. Они сосредоточены на своих интересах: варенье, пирожки, наливки, настойки – и больше их ничего не волнует. Нет газет, нет книг, есть только редкие гости, которые вносят некую смуту. Так что этот вечный карантин, по сути, и был настоящим счастьем для этой семейной пары.

– В повести Гоголя есть и еще одна тема, актуальная сегодня как никогда: обкрадывание стариков недобросовестным приказчиком, обнищание и упадок деревни, деградация сельских жителей, пьянство, всеразрушающая лень…

– Да, эта катастрофа задана в спектакле с самого начала. В первые секунды на сцене появляется Рассказчик, некий демонический собирательный образ. И он взирает на царящую разруху: дома развалились, пруды обмелели, сады заросли – остался лишь одинокий погост. Повествование начинается именно с этого – с уничтоженной жизни. И он начинает вспоминать о том, что было на этом месте раньше, как благословенно и сладостно протекали здесь неспешные дни. Но это воспоминание окрашено иронией, цинизмом, насмешкой над взаимной привязанностью двух старичков. Их жизнь кажется рассказчику пустой и никчемной. И лишь когда он видит искреннее неподдельное горе Афанасия Ивановича, оплакивающего свою умершую супругу, в нем что-то лопается. Начинается «изгнание дьявола»: его трясет, ломает. Поэтому, когда идиллический мир старосветских помещиков разрушается, демон находит в этом некое наслаждение. Он торжествует! И, к сожалению, мы видим, что он торжествует и в реальном мире. Сколько таких заброшенных деревень кругом! Мой любимый родной поселок Комсомольский – в забвении. Школа, поликлиника – закрыты. Жизнь еле-еле теплится за счет дачников. И это происходит повсеместно. Я даже не говорю о людях, которые уходят из жизни, и никто о них не вспоминает…

– Рисуя портрет Афанасия Ивановича, Гоголь пишет, что он не принадлежал к числу тех, «которые надоедают вечными похвалами старому времени или порицаниями нового». И это напомнило мне вас, потому что о каждом новом поколении артистов «Предела» вы говорите с еще большим восторгом, находя добрые слова для каждого. Какой он, нынешний «Предел»?

– Я всегда преклоняюсь и испытываю восторг перед талантом. Поэтому, когда вдруг вижу прорыв каких-то способностей, это меня приводит в восхищение. Возможно, порой я перехваливаю и это педагогически не очень правильно, но дает свои плоды. Наши ученики так или иначе ярко проявляют себя по жизни. Занятия в театре дают детям творческое напряжение, которое так необходимо для успешного продвижения по жизни. Это любопытство, пытливость – есть некий предохранитель, который никогда не должен сгореть.

– Владимир Федорович, вот за спиной 65 лет, половина из которых прожита с театром «Предел». Были перестроечные восьмидесятые, лихие девяностые, неопределенные нулевые, были спокойные годы и кризисы, разные правители и государственные уклады… И все-таки, какое время было самое интересное?

– Конечно, по-книжному, надо бы ответить, что лучшее время еще впереди. Но, честно признаюсь, для меня самым интересным было время Ильи Деля, когда мы ставили спектакли вместе с сыном. Илья – чрезвычайно одаренный актер (говорю это объективно, отстраняясь от отцовских чувств). И в целом та эпоха была совершенно особенной. Она не была меркантильной, суетливой. Ребята, которые приходили заниматься в театр, отдавались ему полностью. Мы делали потрясающие спектакли: «Моцарт и Сальери», «Преступление и наказание», «Конец Казановы», «Пастух и пастушка» – это уже золотой фонд нашего театра. Высота, к которой надо стремиться. Дети нынешнего поколения слишком отягощены репетиторами, ЕГЭ, карьерой, интернетом, гаджетами. Они стали более рассудочными, стараются во всем найти выгоду, перспективу. А в творчестве все-таки необходим чистый порыв.

– И последний вопрос: в чем мечты и надежды Владимира Деля?

– Хотелось бы, чтобы мои ученики чаще приезжали в Скопин и участвовали в наших спектаклях. Чтобы Илья как режиссер поставил спектакль со мной как с актером. Хотелось бы, чтобы Бог дал нам с Ириной Владимировной (Ирина Дель – жена Владимира Деля, со-основатель театра «Предел», – В.Н.) здоровья и энергии еще на долгие годы. Хотелось бы объединять вокруг себя талантливых людей, чтобы ребятам в нашем театре было интересно. Словом, держать планку и дальше.

Фотоколлаж Андрея ПАВЛУШИНА