Новая газета
VK
VK
Twitter
Рязанский выпуск
№28 от 21 июля 2016 г.
Свежие новости
Жилплощадь, педофил и уважаемые бомжи
В Вышгороде стариков выгнали из квартиры, чтобы вселить многодетную мать, которую собираются лишить родительских прав



Село  Вышгород – красивое место, с поистине «русским характером», как гласит новоиспеченный туристический бренд города Рязани. Озеро Отока, река Ока, заливные луга, уютные дворики, храм Покрова Пресвятой Богородицы. Правда, отношение к старикам и детям здесь не русское, а варварское. Но это – к детям и старикам «из простонародья»; по мнению нынешних властьимущих, так и должно быть. Беззащитных «вшивых интеллигентов» – унизить, выселить и своровать деньги и семейные ценности, а многодетную мать, не просыхающую от алкоголя и разврата, заселить в малюсенькую квартирку без горячей воды. Конечная цель – вероятнее всего, не облагодетельствование распутной мамочки и ее постоянно голодных детей.

Женщина пела в церковном хоре...

Татьяна НЕМЧЕНКО – медработник с пятидесятилетним стажем, долгое время работала в рязанской поликлинике №11. В зрелом возрасте связала свою судьбу с мужчиной, которого в селе уважительно называют Сан Санычем. Примерно в это же время Татьяна Михайловна поняла, что в России возрождается церковь, она отучилась в женском духовном училище и начала петь на клиросе. В Вышгород ее пригласил священник отец Николай и выделил жилье, принадлежащее на то время СПК. Какие договоренности были между духовными и светскими властями – Бог весть. Да только квартира нуждалась в капитальном ремонте, как в ней жила прежняя псаломщица – тоже одному Богу известно. Помещение в 34 кв. метра с перегородкой, разделяющей квартиру на кухню с печкой и комнату. Оконные рамы болтались на петлях, водопровод отсутствовал, про канализацию лучше не упоминать. Сан Саныч взялся за обустройство жилья.


«Церковь нам однажды выделила бесплатные трубы, но я за это потом еще долгое время работал в храме. Бесплатно. Так что всю помощь отработал с лихвой. Таня там же пела на клиросе – у нее красивый голос. И работала в Вышгородской врачебной амбулатории. На сегодняшний день, получается, 22 года отработала. И зимой во внерабочее время, и в ночь ее вызывали: у кого температура высокая, кому давление померить, укол сделать – никогда не отказывалась. Вставали среди ночи, я ее шел провожать. А теперь у нее даже ключ от амбулатории отобрали», – рассказывает Сан Саныч, пока супруга находится на работе. 

Мы сидим в небольшом дачном домике, в котором нет ни газа, ни света, ни воды. Дом новый, но далек от капитального. Так получилось, что Татьяна Михайловна приватизировала этот земельный участок «под картошку», а потом сын, который работает на Чукотке, прислал денег на строительство дачного дома. В нем сейчас и проживают супруги. Воду носили из колонки, пока ее не «отрубили» от водопровода, кипяточком Татьяна Михайловна «разживается» на работе. Но это когда лечебное учреждение начинает функционировать, а рано утром приходится обходиться холодным чаем или простой водой. Спать ложатся засветло. Татьяна Михайловна обратилась в банк за небольшим кредитом, чтобы провести освещение, но ей не дали – увы, возраст. А все накопления у супругов попросту украли, но об этом чуть позже.

«Оксана – дура!»

По соседству с пожилыми супругами все это время проживала многодетная мать Оксана, дочь тоже многодетной матери. Семейное счастье обеих женщин не сложилось: все дети рождены от разных отцов – как известных, так и не очень. Впору посочувствовать чисто по-человечески, да душа не лежит и язык не поворачивается. В распоряжении редакции есть видео, на котором многодетная Оксана разгуливает по улице в неглиже. Женщина периодически задирает майку, показывая не слишком свежие трусы, выкрикивает матерные ругательства, грозится «связями». Один из ее малолетних сыновей при этом точно так же поднимает майку и показывает соседу ничем не прикрытый половой орган, другой сын веселится за кадром и констатирует на все село: «Оксана – дура! Не хочу, чтобы нас опять забрали! Сука пьяная!»


Декорацией неприятного «спектакля» служит перекошенный забор с полусгнившим сараем. Сие строение до сих пор вызывает дрожь у взрослого населения Вышгорода; детям приказано обходить его десятой дорогой. Несколько лет подряд в сарае наслаждался жизнью педофил (кстати, Оксанин дядя, – Н.Л.). Заманивал туда детей и заставлял делать то, на что не каждая жена в супружеской постели согласится. Повторюсь: педофильский курорт существовал несколько лет, и все об этом знали. И помалкивали. Потому что общественное мнение «сама виновата» («сам виноват» – жертвами педофила становились и мальчики) в деревнях особенно крепко. Это основа деревенской морали. Потом на него все же обратили внимание, жуткое преступление передали огласке... Любитель развлечься с местными детьми получил «суровое» наказание: три года лечения в психиатрической клинике. Хотя, по словам односельчан, мужичок был вполне разумным. Собственно, упоминание о педофиле – лишь предисловие к тому, что Оксанины дети также были объектами педофильской любви. Правда, мама ничего плохого в этом не видела и на все уговоры соседей подать заявление в полицию отвечала: «Вам жалко, что ли?». Да и многие родители не стали свидетельствовать против морального урода, покалечившего их детей: зачем своих деток и местное начальство лишний раз позорить? 

Ко всему вышесказанному можно добавить: дети этой мамочки постоянно голодны, матом не ругаются, а «на ём разговаривают». Как только поднимается вопрос о лишении родительских прав, дети мгновенно исчезают с вышгородских улиц. Их отправляют в лагеря, санатории и больницы. А мама вместо лишения родительских прав получает квартиру. Ту самую, в которой проживали пенсионеры.

Обыскали и обворовали

Проживая в селе с 1994 года, супруги только однажды задались вопросом о прописке или приватизации жилплощади. Но им ответили: «Да кому эта рухлядь нужна, живите, ни о чем не думайте». Так и получилось, что вышгородская прописка имеется только у Сан Саныча, да и та – без определенного адреса. Просто: «село Вышгород». Так как пенсионеры – народ до сих пор весьма доверчивый, продолжали жить-поживать, людям помогать. Татьяна Михайловна приверженец активного и здорового образа жизни, приобщила многих односельчан к моржеванию. 

Второй раз Немченко обратилась за пропиской к главе сельского поселения Ирине Петровой пару лет назад, когда узнала, что ей положены некие дополнительные выплаты за звание ветерана труда. Та промолчала, но ситуацию с «бесхозной» квартирой, как говорится, «просекла». 

Между тем сельская жизнь становилась на современные рельсы: появились адреса, были выделены средства на ремонт домов. Многодетная мама к тому времени довела свое жилье до состояния помойки, а СПК «Вышгородский» передал квадратные метры, на которых проживали пенсионеры, в собственность сельского поселения. Это было в 2014 году. Пожилым супругам не сказали ни слова. А в 2016-м Татьяне Михайловне и Александру Александровичу повелели освободить жилплощадь для многодетной семьи. В том смысле, что мамочка с четырьмя детьми (пятый «на подходе») получает порядка 20 метров жилой площади. Более чем странная социальная забота: получается, на одного человека выделили два квадратных метра. Метраж собачьей будки. Пенсионеры должны съехать в никуда. Что они и сделали: съехали в дачный домик без удобств. Но прежде были как следует обворованы.

«7 июня мы были в Рязани, на судебном заседании. Как оказалось, именно в это время дверь квартиры, из которой нас выселяют, взломали судебные приставы. Моя дочь узнала об этом, позвонила внукам – они уже взрослые. Те кинулись к квартире и увидели, что двое мужчин в бронежилетах, масках и касках орудуют в квартире под начальством судебного пристава, которую называли Еленой. Там же уже присутствовал журналист из районной газеты. Ни понятых, ни ордера на обыск не было, но квартиру явно обыскивали: все было перевернуто вверх дном. Хотя должны были просто опечатать. Из квартиры зачем-то «изъяли» тумбочку с телевизором. Пропали деньги в размере 1 млн 495 тыс. рублей – они как раз лежали под телевизором (пенсионеры несколько раз были ограблены в ходе государственных денежных реформ, поэтому не доверяют банкам, – Н.Л.). Пропал Орден Красной Звезды покойного отца и бабушкина медаль, две очень ценные иконы. Половину пропавших денег мы выручили от продажи квартиры моей покойной мамы, половину – накопили. Мужчины в бронежилетах выкинули на улицу маленькую собачку Муху и кота Атоса. Собаку нашли, кота – нет. На следующий день мы подали заявление в полицию Рязанского района, но до сих пор никто даже на место преступления не приехал», – рассказала «Новой» Татьяна Михайловна. 

В настоящее время чета пенсионеров осталась без копейки. Сберкнижка, на которую Немченко получает пенсию, осталась в опечатанной квартире. Там же – многие личные вещи, которые старики не успели забрать.

«Простите, но здороваться не буду»

Почти сразу же в двух изданиях, подчиненных Министерству печати Рязанской области, появились публикации, в которых пенсионеры были выставлены этакими нагловатыми прохвостами, позарившимися на пресловутую квартирку при наличии собственного жилья в Рязани. Мол, старушка решила, что ей  преподнесли столь дорогущий подарок за хороший голос и пение в церкви. О том, что Татьяна Михайловна 22 года проработала медработником в сельской местности, упомянуть забыли. Да и с квартирой не разобрались до конца.

«Когда я работала в Рязани, от поликлиники №11 нам предложили построить кооперативные квартиры, я согласилась. К тому времени дети были уже достаточно взрослые, они и расплачивались за квартиру, потому что мы решили, что жилье достанется кому-то из них. Моего заработка на оплату кооператива не хватало, – поясняет Немченко. – А теперь меня позорят из-за того жилья: вроде бы, все мне мало». 

Деньги появились после продажи однокомнатной квартиры, принадлежавшей маме Татьяны Михайловны. Но они, как уже было сказано, исчезли. Но этот момент в вышеупомянутых публикациях не отражен. Более того, статьи отмечены удивительными тегами: «Рязанский район, Вышгород, суд, Александр Шерин». Казалось бы, при чем тут он? Да просто пенсионеры имели неосторожность обратиться за помощью к депутату Госдумы от ЛДПР, который пообещал свою поддержку и помощь. По всей видимости, это больше всего разозлило местное руководство. Односельчане подходят к Немченко и шепотом сообщают: «Я-то против ничего не имею, я вам очень благодарна, но сами понимаете, я ж не могу с вами больше общаться, раз власти против настроены...»

Собственно, из-за чего началась вся эта гадкая история? Неужели из-за непреодолимого желания переселить многодетную семью из одного аварийного помещения в другое? Вряд ли. «Дом, из которого переселили нашу пьяницу, просто отремонтируют несметные бригады узбеков, которых тут полно, да и продадут. Вместе с землей на немалую сумму потянет. В Вышгороде много семей, которые нуждаются в улучшении жилищных условий, только про них власти и не вспоминают», – наперебой предполагают вышгородцы, которые еще не боятся открыть рот. Но все же просят, чтобы не публиковала фамилии. 

Невероятная ситуация, заложниками которой стали старики и запущенные во всех планах дети, могла бы разрешиться вполне спокойно: прописать, как и положено, пенсионеров и отремонтировать халупу многодетной семьи. Депутат областной думы, член комитета по имущественным и земельным отношениям Николай Митрохин справился бы с этой задачей «на раз». Только вот забота о народе входит ли в планы народного избранника? На данный момент ни заботы о пожилых людях, ни пристального внимания к детям, которые растут в ужасающих условиях, замечено не было. 

Зато вышгородцы заметили один интересный факт: от интеллигентной и отзывчивой Татьяны Михайловны почему-то стараются избавиться, необразованной женщине, которая с трудом читает и с таким же трудом пишет, ни единого дня в жизни не проработала, а лишь получает детские пособия, дают «зеленый свет». Не для того ли, чтобы лет через 20 уже с полным правом сказать о том, что нация выродилась? Что растворился тот самый горделивый «русский характер» в непотребстве и алкоголе?
 
Нина ЛАВРОВА