Новая газета
VK
VK
Twitter
Рязанский выпуск
№44 от 19 ноября 2020 г.
Свежие новости
С песней по школе
 Учителя, родители и друзья делали детство простого рязанского подростка конца 1980-х мелодичным и звонким  

Уроки пения для меня были, пожалуй, самыми расслабляющими и раскрепощающими среди школьных занятий. Что может быть чудесней после трудного диктанта, внезапной контрольной по математике или решения малопонятных физических задач, чем рассказать о том, какую музыку ты слушал на этой неделе. 

С этого опроса довольно-таки часто начинались наши 45-минутные погружения в мир звуков, нот и гармоний. Хотя я учился в обычной рязанской школе без всяческих уклонов и специализаций, в младших классах мои сверстники, как правило, называли классические произведения, например, «Песню Сольвейг» Грига или «Вальс цветов» Чайковского. Некоторые хорошисты, видимо, желая выделиться, могли упомянуть даже симфонию какого-нибудь малоизвестного в ребячьих кругах Тихона Хренникова или Дмитрия Кабалевского.  



Эстрада лет 35 назад считалась жанром легковесным, а вот шедевры больших композиторов были официально провозглашены образцом для подражания. Неслучайно вариации на тему того же «Турецкого марша» Моцарта звучали в наполненной современными ритмами телепередаче «Утренняя почта». 

Но на уроках пения мы не только делились впечатлениями от недавно прослушанных мелодий и знакомились с высокими образцами музыкального искусства. Иногда наши преподаватели ставили пластинки с литературными произведениями о знаменитых композиторах. В классе стояла полная тишина, когда из динамиков звучали рассказы о последних днях Моцарта или о детстве Глинки.

Понятное дело, что учителя не забывали о наших вокальных данных. На уроках методично разучивались и с разной степенью успешности исполнялись пионерские и патриотические песни, например, «Марш авиаторов» или «По долинам и по взгорьям». Тогда даже в интеллигентской среде знал, что похожие мелодии, только с другими словами, звучали в фашистской Германии, белогвардейских полках и даже в русской освободительной армии Власова.   

После резкого и бурного старта горбачевской перестройки рамки дозволенной музыки раздвинулись так быстро, что в кабинете эстетического воспитания школы № 53 на излете 80-х красовался плакат-календарь с рок-н-рольной символикой и перечислением самых популярных групп страны, где «Ласковый май» и «Сталкер» соседствовали с «ДДТ» и «Кино». 

Конечно, в наших домах и на улице еще до наступления гласности господствовали совсем другие ритмы. Родители с удовольствием затягивали застольные песни на свадьбах, днях рождения и новосельях. Здесь спектр был куда шире – от русских народных песен и романсов до репертуара Муслима Магомаева. 

Но я тогда был еще совсем юн и романтичен, а посему спешил в школу, напевая себя под нос Битлов, Макаревича и собственные хулиганские вирши про старого сторожа. Жителям Московского шоссе и прилегающих улиц оставалось лишь бросать недоумевающие взгляды на чудаковатого мальчика с портфелем.
Денис ПУПКОВ