Новая газета
VK
Telegram
Twitter
Рязанский выпуск
№33 от 19 августа 2010 г.
Свежие новости
Когда рассеялся дым
Если верить официальной информации, то ситуация с лесоторфяными пожарами на территории Рязанской области якобы стабилизировалась, количество очагов возгорания пошло на убыль. Хочется в это верить, хотя смог, ежедневно висящий над Рязанью, вызывает не только приступы кашля, но и определенные сомнения.

Горящим летом 2010 года на территории Рязанской области зарегистрирован 231 очаг лесоторфяных пожаров. По последним данным в их тушении участвуют 6029 человек, из которых 1651 человек – добровольцы. Задействовано 463 единицы техники.




Но это все мелочи по сравнению с тем, что два очага пожара на территории области самолично потушил Владимир Путин. Поступок премьера получил широкий резонанс. Откликнулись даже поэты-самоучки:

Гарант поправил аксельбант
И улыбнулся визажисту.
Ну как? Прекрасно! Вы талант!
Речистый, стройный и плечистый
Второй пилот нахмурил рот,
Сел за штурвал, Рязань побрызгал…


Согласитесь, что после путинского слива воды на Мещеру торфяники просто обязаны превратиться в болота и не дергаться. Увы, но они оказались несознательными и правильно на визит премьер-министра не отреагировали.

А вот отдельные известные в регионе личности решили не дожидаться столичных визитеров, а самостоятельно приступили к спасению своих загородных дач.

Пример тому – начальник ГИБДД УВД по Рязанской области полковник милиции Василий Задубровский. Только начались пожары, как его скромное загородное жилище в Ласково за считанные часы опоясала защитная просека. Более того, спилили не только сосны, но выкорчевали пни и все перепахали. Ни верховой, ни низовой огонь не пройдет!

Заодно под надежной защитой оказался и сосед Василия Николаевича – депутат Рязанской областной Думы Михаил Агапкин. Не исключено, что именно он и выступил спонсором противопожарных мероприятий. Хотя и полковник Задубровский мог использовать свое служебное положение.
Только огонь на должности и звания потенциальных погорельцев не смотрит. Так, лишились своих загородных домов в полностью сгоревшей деревне Передельцы депутат Рязанской городской Думы Новиков и областной военный комиссар Деев.

Любопытно: получат они компенсацию или будут восстанавливать загородную жилплощадь, используя свое служебное положение?

Кстати, лесные пожары кому беда, а кому – еще один способ легкой и практически законной наживы. В чем выгода горящих лесов? При низовом пожаре ствол дерева обгорает на метр-полтора. При определенной заинтересованности лесопатолога вынести вердикт, что такое дерево больше «жить» не будет, нетрудно. В этом случае его спиливают, и оно вполне пригодно для изготовления качественного лесоматериала. Между тем, специалисты заповедников выхаживают и сохраняют деревья, у которых стволы обгорают даже на три метра.

По предварительным данным доля погибших насаждений на пройденной огнем площади составляет в Рязанской области 50%. Об этом сообщило ФГУ «Рослесозащита», филиалы которого приступили к обследованию насаждений, поврежденных пожарами в июле-августе этого года.

Ведомство отмечает большую гибель древостоев по сравнению со среднемноголетними показателями. Обычно лесные пожары (верховые и устойчивые низовые высокой интенсивности) в год их прохождения вызывают гибель насаждений на площади 30–40% от общей площади насаждений.

Материалы лесопатологической таксации передаются в лесничества и могут быть использованы для назначения санитарно-оздоровительных мероприятий.

За замысловатым выражением «санитарно-оздоровительные мероприятия» кроется элементарная вырубка леса. Есть подозрения, и небеспочвенные, что под эту сурдинку под топор, а точнее бензопилу дровосека попадут и нетронутые огнем деревья. А кто проверит?


Это когда-то все леса находились в ведомстве одной организации – Рязаньлесхоза, который занимался и лесозаготовками и пожары тушил. Все находилось в одних руках. Теперь лесами ведают сразу несколько организаций: «Пожлес» контролирует пожарную ситуацию, коммерсанты-арендаторы ведут хозяйственную деятельность, а контролирующие функции возложены на государственные лесничества. Общее количество лесников сократилось в разы.

В итоге пней в Мещере будет много, а вот новых насаждений – как сказать. Ведь по нынешнему законодательству получается, что чем больше леса сгорит, тем больше кто-то заработает.

А еще в Рязани появились первые «стрелочники». Так 16 августа президиум генсовета «Единой России» объявил партийное взыскание «за самоустранение от исполнения должностных обязанностей в условиях режима чрезвычайной ситуации, связанной с обширными лесными пожарами и возгораниями жилых помещений» пяти членам партии, представляющим ряд ее региональных отделений.
В частности, это коснулось представителей , Мордовского и Нижегородского отделений «Единой России» , Александра Ушанова и Михаила Манухина соответственно.
Сразу же возник вопрос: «» (говорят, играл в теннис).

Как объяснил нам компетентный источник в региональном парламенте, Петр Константинович «попал под раздачу» по простой причине – несмотря на режим ЧС, заместитель председателя областной Думы так и не прервал свой отпуск. А вот Аркадий Фомин, хоть с опозданием на неделю (5 августа), но все же прилетел из заграничного курорта в родную область и даже успел пожертвовать в фонд помощи погорельцев 40 тысяч рублей.

Хотя Аркадий Васильевич мог бы вернуться и раньше, а его объяснение, что, мол, не смог взять билет на самолет, воспринимаются весьма сомнительно: «Не смог взять дешевый билет на самолет», – мило шутят коллеги Фомина по партии.

И еще один нюанс, связанный с нашими народными избранниками. Из федерального бюджета средства для погорельцев поступили в Рязань еще 31 июля. Но для того, чтобы эти деньги запустить в дело, необходимо было внести изменения в бюджет области. А большин-ство депутатов Рязанской областной Думы (по крайней мере, те, кто работает на постоянной основе) дружно отбыли в отпуск. Видать, очень перетрудились в период с апреля по июль. И внеочередное заседание Рязанской областной Думы удалось собрать лишь через десять дней!


И в завершение. Знаете ли вы, в каком из районов Подмосковья этим летом не сгорел ни один человек и даже дом? Это Шатурский – самый пожароопасный район, торфоразработки и осушенные торфяники.
Знаете, почему? Потому что для главы района Андрея Келлера пожары не были неожиданностью. Чрезвычайное положение было объявлено в районе с 22 июня. И глава района не отказывался от помощи, а, наоборот, говорил:Да-да, давайте, мне помощь нужна». Поэтому в районе с апреля зафиксировано 1051 возгорание, сейчас фиксируется по 10–15 возгораний в сутки – и ни один из очагов пожара не превысил 20–26 га.

Это хорошо иллюстрирует тот тезис, что в современном мире нет природных катастроф. Есть катастрофы социальные. Отсюда вывод. Если бы в Рязанской области региональные и муниципальные власти не расслаблялись, надеясь на «авось», то, возможно, не было бы человеческих, природных (урон, нанесенный экосистеме, пока невозможно даже оценить) и, в таких объемах, материальных потерь.

Если бы 27 июля губернатор вместо заявления, что у нас хватит сил и средств противостоять пожарам, объявил чрезвычайную ситуацию, возможно, удалось бы избежать таких плачевных последствий.

Лесные пожары в регионе унесли жизни восьми человек. Как легко проверить: в Европе или в США в лесных пожарах если кто и гибнет, так это пожарные. Потери среди мирного населения – свидетельство непрофессионализма спасателей, ведь мало спасти, важно – упредить.

У нас пожарные не то что не составляют большинство погибших – их вовсе не было в некоторых сгоревших деревнях. Но это уже совсем другая тема.


А вот характерное для редакционной почты последних недель письмо, пришедшее от нашего постоянного читателя, ветерана Великой Отечественной войны В.С. Конева.

Двухэтажный дом горит,
А народ кругом стоит,
Рассуждает меж собой:
Догорит – пойдем домой.


Эта шуточная песенка о пожарах дождалась своей очереди – ждали-ждали, когда же загорится лес, а вместе с ним и поселки.

Когда-то в недалеком прошлом огнеопасные участки опахивали, чтобы вдруг появившееся пламя не перекинулось на другие участки. А в труднопроходимые места, где возникали очаги возгорания, высаживали десант пожарных, чтобы локализовать возникший по каким-то причинам очаг огня. А сообщала об очагах специальная служба наблюдения за лесом.

Куда же все это подевалось? Чем же думают власть предержащие структуры?

Дел, конечно, у них достаточно. Например, провести где-то митинг, где один в области построил детский садик взамен десятков проданных за бесценок и которые, вполне возможно, тоже его рук дело.

Спохватились наконец властные структуры с обещаниями построить дома, дать какую-то компенсацию. Это похвально, но кто компенсирует жителям пережитый ужас и моральный ущерб, кто вернет тех, кто погиб?

А ведь этого можно было избежать, если бы люди, на коих лежит ответственность за безопасность, вначале думали о простых людях, а потом о себе. Очень странно, что властные структуры всех уровней даже не пытаются взять на себя ответственность за допущенную трагедию, как будто она спонтанно свалилась с неба и ее никто не ждал.

Однако некоторым руководящим господам (не мелким сошкам!), получающим за это еще и зарплату, думается, все-таки придется отвечать перед людьми материально, своей совестью и, возможно, в уголовном порядке.
Виктор НИКОЛАЕВ