Новая газета
VK
VK
Twitter
Рязанский выпуск
№31 от 13 августа 2020 г.
Свежие новости
Повержение вирусной короны
 Главный геральдист Рязани Михаил Шелковенко – о знаке «За борьбу с COVID-19», несуществующей профессии и гербовой символике

Информационным поводом к этому тексту стала инициатива областного правительства учредить знак губернатора «За борьбу с COVID-19 на территории Рязанской области». Соответствующее постановление уже принято и опубликовано, сам знак растиражирован СМИ и активно обсужден. Однако теперь, когда конъюнктурные моменты: кто, кому и за что – уже ясны и понятны, знак достоен более внимательного «всматривания». И в этом деле правильней всего обратиться к автору, поскольку «чтение» любого наградного знака сродни разгадыванию ребуса: каждый символ не случаен, несет свою смысловую нагрузку и вписывает награду в общий исторический контекст.

Создателем знака «За борьбу с COVID-19 на территории Рязанской области» является заслуженный художник РФ Михаил Шелковенко. А поскольку его авторству принадлежат гербы, флаги и знаки всей Рязанской области, то ковидом разговор, естественно, не ограничился, хотя с него и начался.



– При создании знака было разработано несколько эскизов, отличающихся формой, размерами, материалами и цветовыми решениями. Губернатором был выбран один вариант, который в результате и был утвержден. Несмотря на то, что проекты предлагались разные, в целом символика эскизов единая. В ее основе использовано обстоятельство, что в названии вызвавшего пандемию вируса имеется слово «корона», примененное по некоторому его сходству с видом зубчатой короны. Поэтому сам вирус (в знак его поражения) изображен в нижней части проектов знаков в виде опрокинутой и разбитой короны особого вида (с острыми зубцами, завершенными шариками). Вторым символом является изображение посоха Асклепия, перевитого змеей, – общеизвестного знака медицины. Третьим символом является сама форма знаков, напоминающая крест. Это также говорит о медицине, о беззаветном служении. При этом крест имеет характерные концы в форме украшения («городка») на шапке князя в гербе Рязанской области. Четвертым символом является изображение пылающих сердец, вписанных между концами креста в знак самоотверженности граждан, участвовавших в борьбе с пандемией. В некоторых проектах из-за пылающих сердец также выходит сияние в виде граненых лучей.



– В связи с пандемией появились ли у нас в стране какие-то новые награды?
– Да, было создано два новых знака, связанных с медицинской деятельностью: 19 июня президент России подписал Указ «Об учреждении ордена Пирогова и медали Луки Крымского». Уже состоялись первые награждения. На самих знаках прямых указаний на ковид-19 нет, так что пандемия коронавирусной инфекции просто стала поводом, чтобы ввести в оборот награды для медицинских работников (подобно, например, медали Пушкина, которая вручается за развитие русской литературы).

– Можно ли сказать, что ваш знак, который имеет конкретное назначение – «За борьбу с COVID-19», – в этом смысле уникальный и первый?
– Не берусь сказать точно. Я, конечно, мониторил информацию в сети, но ничего подобного не нашел. Инициатива исходила от правительства Рязанской области, я просто нарисовал, как мне это видится.

– Михаил Константинович, когда заходит речь о профессии геральдиста, то воображение сразу рождает ассоциации с рыцарскими временами. Чем сегодня занимаются геральдисты?
– Начнем с того, что такой профессии, как геральдист, сегодня официально не существует. Есть определенный круг людей, который занимается геральдикой и связанными с ней проблемами. В стране действует Всероссийское геральдическое общество, но людей, которые по-настоящему занимаются геральдикой, в нем не более дюжины. Остальные по большей части коллекционеры и просто увлеченные люди. При президенте России существует Геральдический совет. В нем ранее числился 21 человек, среди которых было только два регионала: я – из Рязани и Владимир Лавренов – из Твери. Остальные члены Совета – из Москвы или Санкт-Петербурга и представляют они, например, геральдические службы Вооруженных сил, руководителей музеев и т.п. Недавно состав Совета изменился.

Что же касается рыцарских времен, то тогда были герольды. И занимались они не только гербами, флагами и знаменами, а исполняли роль парламентариев и дипломатов. По факту, следили за протоколом. В Российской империи герольдмейстерская служба была создана Петром I, ее задача состояла в основном в учете дворянского сословия: гербы присваивались дворянам в знак того, что они исполняют государственную службу. Дело в том, что в Европе гербы по сути были личными знаками и обладать ими могли не только дворяне, но и купцы, ремесленники, священнослужители и т.д. Позже геральдика перешла к городам, у которых также стали появляться гербы и флаги. Однако в России гербы были восприняты как чисто дворянский атрибут. Дворянство множилось: к концу Российской империи насчитывалось около 50 тысяч дворянских родов! Но при этом официально утвержденных и зарегистрированных гербов было чуть более пяти тысяч: дело это было непростое и довольно дорогое. Многие семьи имели самобытные знаки либо и вовсе обходились без них. 

Что касается сегодняшнего времени, то сейчас у нас бессословное общество. Поэтому личные гербы в сферу государственных интересов не входят. Хотя дворянские гербы, конечно, сохранились, есть дворянское общество, и оно блюдет свои традиции. И на нашем Геральдическом совете было оговорено, что мы готовы признать это историческое наследие. Но по большому счету создавать новую Герольдию государству, скажем так, неинтересно: все это связано с серьезными расходами и организационными усилиями. 

Поэтому нашему Совету было поручено вести несколько видов геральдических знаков: официальные государственные символы, символы государственных ведомств, региональные и муниципальные знаки.

– Давайте остановимся на последних. Уже много лет вы занимаетесь разработкой символики Рязанской области. Что включает в себя этот процесс?
– В Рязанской области до 2000 года было 30 официальных символов: герб Рязанской области, гербы четырех городов областного значения и 25 районов. Но в 2003 году, когда вышел 131-й федеральный закон «Об общих принципах организации местного самоуправления», правом муниципалитета были наделены городские, сельские поселения и т.п. И согласно этому закону на сегодня у нас насчитывается чуть более 300 муниципальных образований! И каждое имеет право на свой отличительный знак – герб!

– И сколько вы уже создали?
– До 2000 года я сделал всю официальную символику тогдашних муниципальных образований. Рязанская область стала первым субъектом Российской Федерации, в котором все муниципальные образования имели свою символику. Не просто придуманную, но зарегистрированную! Когда же 131-й закон начал входить в силу, то поле для работы значительно расширилось. По моей инициативе в 2011 году был утвержден план разработки официальной символики муниципальных образований. Для удобства я ввел такое правило: работать не с отдельными муниципалитетами, а сразу с районами. И сделал «бонус» для первых заявок: в течение двух лет работал абсолютно бесплатно (впрочем, этот период растянулся в итоге на три года, да и сейчас стоимость остается чисто символической). Для первых «бонусных» муниципалитетов я только сочинял гербы (теперь одновременно разрабатываются и герб, и флаг), не занимаясь тщательной компьютерной «отрисовкой». Дело в том, что герб – это не рисунок. Это словесная формула, в виде нее он и утверждается. Рисунок же – это пояснение, как словесная формула должна трактоваться. 

– Как происходит работа над эскизами гербов? На что опираетесь, когда придумываете образ?
– Все начинается с анкет, которые присылают муниципалитеты. В них я прошу отразить происхождение названия, историю, природные особенности, традиционные промыслы и современные экономические направления, имена знаменитых земляков, названия рек, озер и т.п. То есть у каждого муниципалитета нужно найти нечто особенное, выделяющее его из остального ряда. Например, в одном из сельских поселений Сараевского района жители делали, так называемые, смыковки – конные молотилки. С ними они уходили на заработки в южные регионы, по мере созревания зерна передвигались на север, а в конце сезона смыковки продавались. Естественно, такой интересный факт лег в основу герба. Много гербов получилось из гербов дворянских родов, которые жили в данной местности. Беда в том, что все привыкли к нашей советской символике: серпы, молотки, колоски. У нас в Геральдическом совете поставлено за правило: по возможности никаких колосков и никаких речек. В гербе должно быть отражено не то, что у всех общее, а то, чем мы различаемся. Герб – это знак различия, также как награда – знак отличия.

– Более 300 гербов – огромная работа! Сколько районов охвачено на сегодня? 
– На сегодняшний день у нас сделаны гербы почти для всех муниципалитетов 22 районов (из 25-ти). За редкими исключениями. Одно редкое исключение особенно огорчает: для Рыбновского района я сделал все гербы, кроме Кузьминского сельского поселения (куда входит село Константиново). Хотя вся эскизная работа была выполнена еще в позапрошлом году, но глава сельского поселения до сих пор дело до конца не довел и решения не принял. Поэтому Кузьминское и Константиново до нынешнего момента остаются без гербов (хотя в этом году отмечается 125-летие Есенина).

– Его образ как-то отражен в эскизах будущего герба?
– Дело в том, что герб складывается из гербовых фигур, которые трактуются общепринято и однозначно. Поэтому в геральдике нельзя использовать то, что невозможно описать терминами. Напишешь: Есенин. А потом один его нарисует так, другой – иначе. Поэтому в гербах не помещаются конкретные архитектурные сооружения, конкретные современные механизмы (танки, самолеты, тракторы и т.п.), конкретные человеческие лики. Допускаются только образы святых, которые опознаются по связанным с ними атрибутам.

– Обращаются ли сегодня с заказами на личный герб?
– Любой гражданин России имеет право завести себе личный герб. Гербы разрабатывают и регистрируют в своих гербовниках несколько общественных организаций. Но такая «регистрация» правового значения не имеет, поскольку государство здесь не принимает участия. Для обеспечения защиты прав на свой герб есть другие способы. Я тоже занимаюсь личной геральдикой, разработал их полсотни.

– Наверняка создали и для себя. Поделитесь, что на нем изображено?



– В центре герба в червленом поле – серебряный огненный меч, продетый сквозь золотую повязку. Огненный меч – атрибут Св. Архангела Михаила – указывает на мое имя, а золотая шелковая повязка намекает на фамилию и украинское происхождение: среди шляхетских гербов Речи Посполитой, в «геральдическую орбиту» которой долгое время входила Украина, существует герб, изображающий подобную налобную крестильную повязку и именуемый вслед за ней «Налэнч». Поскольку по зодиакальному знаку я Козерог, то этот знак Земли, дополненный третьим, единорожьим, рогом, также присутствует в гербе. И кроме того, у этого Козерога есть детали, которые добавляют эмблеме свойства других зодиакальных стихий: рыбий хвост – Воды, крылья – Воздуха, червленая грива – Огня. Держит это существо в лапах Вифлеемскую звезду – символ Рождества Христова (поскольку родился я накануне Рождества – в сочельник). И, наконец, серебряными литерами по червленой ленте начертан мой девиз: «Делай и будет».

справка «Новой»

Михаил ШЕЛКОВЕНКО – заслуженный художник России, заместитель председателя постоянной комиссии Геральдического совета при президенте по вопросам региональной и муниципальной символики, член Геральдического совета при губернаторе Рязанской области, Почетный гражданин города Рязани. Авторству Михаила Шелковенко принадлежат гербы, флаги и знаки Рязани и Рязанской области, а также ряда других территориальных образований РФ.

Фото Андрея ПАВЛУШИНА