Новая газета
VK
VK
Twitter
Рязанский выпуск
№30 от 10 августа 2017 г.
Свежие новости
Лучше бы не реставрировали,
 или Как манипулируют «решениями президента»

На общественном заседании по обсуждению стратегии развития Рязанской области до 2030 года в числе приоритетных направлений были определены среди прочих туризм и развитие гражданского общества. Развивая туризм, Рязань одновременно готовится потерять свой главный туристический объект: федеральный музей-заповедник в кремле скоро будет выведен за пределы исторической территории. Такая вот явная шизофрения.

Врио губернатора у нас человек новый. Тонкостей ситуации вокруг Рязанского кремля не знает. Нисколько не обольщаясь в отношении выдвиженца партии жуликов и воров, но все же имея в виду его историческое образование, позволю себе сформулировать несколько тезисов. С надеждой на здравый смысл и прагматичность г-на Любимова.

Рязанский кремль – не первый историко-культурный комплекс, откуда выводится музей с последующей передачей церкви. Есть совсем недавний опыт Нового Иерусалима. Этот печальный, а для Рязани весьма поучительный опыт гласит, что в результате вывода музея резко снижается посещаемость объекта. Не верите? Свяжитесь с тамошним монастырем и проверьте.

Музей епархии, что останется в кремле, далеко не равнозначная, мягко говоря, замена государственному музею-заповеднику. Иконы и прочие церковные экспонаты интересуют лишь небольшую часть посетителей. Зайдите в любое время в эти музеи – они пусты. Кроме того, епархиальные музеи совмещены с действующими церквями, и потому далеко не всякий турист туда пойдет. Общество у нас, как известно, светское, число воцерковленных менее 10%. Таким образом, решение о выводе светского музея дискриминирует 90% потенциальных посетителей кремля.



Врио губернатора Рязанской области ссылается на «решение президента, обдуманное и разумное». Вероятно, я вас разочарую, г-н Любимов: президент не распоряжался вывести полностью музей. Он наложил резолюцию на обращение Алексия II, где велел М.Фрадкову и Г.Грефу (тогда главе Минэкономразвития) «предложить вариант положительного решения». Эта резолюция впоследствии именовалась «Поручением президента», а уж «варианты» разрабатывали чиновники Росимущества. И вариантов было несколько, один одиознее другого, прежде чем на фоне продолжающегося протеста общественности решено было построить этот убогий бетонный сарай на улице Соборной перед зданием Банка России, куда сегодня планируют вывести музей. Так что «решение президента» – это не более чем отговорка, прикрытие. Всех лоббистов уничтожения рязанского музея-заповедника мы знаем поименно.

Открою еще один «секрет». Кремль реставрируется на федеральные деньги уже 20 лет. И не благодаря епархии. Музей-заповедник имеет федеральный статус. Более того, он входит в реестр особо ценных объектов культурного наследия народов РФ, потому вся его деятельность, включая реставрацию памятников, финансируется из Москвы. Не поверите, но 10 лет назад, когда музей был в силе, Рязанский кремль выглядел намного более ухоженным, нежели сейчас.


К реставрационным работам епархии много вопросов. Обратите внимание на только что «отреставрированный» подклет Успенского собора (на фото). Лучше бы они его не «реставрировали». А чего стоят пластиковые окна в сторожках 18–19 вв. Помимо весьма сомнительной «реставрации», епархия в кремле – это безобразные беспорядочные парковки, продуктовые ларьки и палатки без опознавательных знаков, годами лежащие прямо на туристических тропах горы строительного мусора.



Вы утверждаете, что «слышите каждого». В период с 2006 по 2010 гг. за сохранение музея в кремле высказались более 70 тысяч рязанцев. Свои подписи оставили, главным образом, представители интеллигенции – учителя, деятели культуры, но не только. Хотелось бы знать, как вы планируете услышать мнение этой немалой части ваших избирателей? Просто проигнорируете? О каком диалоге с обществом тогда идет разговор? Как и Ковалев, вы планируете общаться только с преданными власти и обласканными ею «общественниками», учитывать их «мнение»? Тогда не надо провозглашать «стратегию развития», ибо известно, что без настоящего диалога с обществом невозможно поступательное движение вперед.

Наконец, что можно сделать в этой ситуации.

Новое здание музею, безусловно, пригодится – под фондохранилище, библиотеку, выставочные залы и прочее. (Кстати, замечу, что экспонирование малой части собрания, на что вы сетуете, – нормальное явление для крупных музеев. Чем крупнее музей, тем меньше в процентном соотношении предметов выставлено в экспозициях, остальные «работают» на выставках, изучаются исследователями.) Но исторические экспозиции музея-заповедника должны остаться в кремле. Это гордость Рязани, их массово, с удовольствием посещают туристы. Они ничуть не устарели, у них прекрасный современный дизайн. В них были вложены десятки миллионов рублей налогоплательщиков и совсем не по-государственному их сегодня демонтировать. Кроме того, историческая экспозиция, расположенная в памятнике, и она же в современном здании – две большие разницы. Любой специалист, не задумываясь, вам скажет, что будет эффектнее.

Церкви же можно передать часть музейных помещений, но никак не все. Это и будет общественным консенсусом, о необходимости которого так много говорится.

Поверьте, если вам удастся хоть что-то сделать для Рязанского кремля, поддержка рязанской интеллигенции, ее гуманитарной части вам будет обеспечена.
Ирина КУСОВА