Новая газета
VK
Telegram
Twitter
Рязанский выпуск
№27 от 27 июля 2023 г.
Нефть, друзья и верность
Судан – на пороге катастрофы и тотальной гражданской войны. Образцовая диктатура с образцовым финалом


Буквально на днях посланник ООН в Судане Фолькер Пертес, комментируя положение дел в Судане, заявил, что «раздробление Судана будет не просто внутренним коллапсом, а взрывом, затрагивающим соседние страны. Страна стоит перед настоящей катастрофой и находится на пороге тотальной гражданской войны».

Как же такое могло произойти в стране, лидер которой на протяжении 30 лет строил «сильное государство», используя для этого все возможные способы и методы, словно из учебного пособия для диктаторов?


Бывший президент Судана Омар аль-Башир. Фото: Zuma / TASS

Демократия достойная и «недостойная» – «обе хуже»

Надо сказать, что гражданская война в Судане не прекращалась с 1955 года. Очередной раунд этого противостояния, начавшийся в 1983 году, привел к отстранению от власти многолетнего президента Джафара Нимейри. Пришедшие на смену «вечному» правителю военные решили не устанавливать диктатуру, а приняли новую Конституцию и провели свободные (насколько это возможно) выборы в 1986 году.

Но уже 30 июня 1989 года в Судане произошел очередной государственный переворот, закончивший недолгую и неуверенную историю демократизации. Его лидером стал бригадный генерал Омар аль-Башир, повысивший себя до звания генерал-лейтенанта на следующий день после захвата власти. С первого дня новое правительство взяло явный курс на авторитарный реванш: было отменено действие Конституции 1985 года, были распущены органы государственной власти, политические партии, профсоюзы и нерелигиозные объединения. Также был введен запрет на публичные демонстрации и работу СМИ.


Джафара Нимейри. 1978 год. Фото: Википедия

Как сказал сам аль-Башир: «Демократия, которая не может прокормить свой народ, недостойна того, чтобы продолжать свое существование». По иронии судьбы народ и суданские элиты чуть позже сместили диктатора ровно по той же причине.

Единственной гражданской силой в Судане, поддержавшей переворот, стал радикальный Национальный исламский фронт, контролируемый богословом Хасаном ат-Тураби и ассоциированный с не менее радикальным движением «Братья-мусульмане»*. Неудивительно, что режим аль-Башира практически сразу взял курс на исламизацию страны, по любимой авторитарной традиции декларируя диаметрально противоположное. Уже в 1991 году руководство Судана предложило Аль-Каиде* перенести свои коммерческие операции и тренировочные лагеря в Судан. Этот пугающий союз продлился до 1996 года, когда под давлением западных стран режим аль-Башира был вынужден попросить Усаму бен Ладена покинуть страну.

Против всех

Взяв курс на тотальную исламизацию, аль-Башир, как и его соратник Тураби, решили стать спасителями страны, дав своему режиму название Al-Inqaz, что с арабского переводится как «спасение». Спасать от пагубного влияния Вашингтона они решили, как это было принято в XX веке, не только свою страну, но и весь остальной мир. Буквально десять лет назад – в 1979 году – произошла Исламская революция в Иране, где к власти пришли радикальные шииты-клерикалы, которые вынашивали планы экспорта исламской революции в другие страны. Тураби тоже прельстился покорением умов всего мира, но его затея уже на ранних стадиях потерпела неудачу. Лидер «исламского спасения» пошел настолько далеко, что решил устранять неугодных правителей соседних стран. В 1999 году Тураби отправил убийц к президенту Египта Хосни Мубараку, но попытка убийства потерпела фиаско. После того как происшествие стало достоянием мировой общественности, Совет Безопасности ООН потребовал от суданских властей выдать преступников. Однако суданский режим отказал в экстрадиции нападавших, что привело к санкциям со стороны ООН и разрыву дипломатических отношений с рядом стран. Любопытный факт: аль-Башир принимал участие в Войне Судного дня в 1973 году в составе вооруженных сил Египта, где Хосни Мубарак руководил действиями египетских ВВС.


Тураби. Фото: Википедия

Соратники Тураби, среди которых был и аль-Башир, увидев, что амбиции исламского харизматика мешают им спокойно наслаждаться властью и создают им лишние проблемы, решили устранить лидера исламистов в 1999 году, арестовав и отстранив его власти. Военные отстранили ат-Тураби от должности спикера верхней палаты парламента и – для большей уверенности – распустили саму Национальную Ассамблею. В этот момент ирония вновь возвращается в нашу историю – Хасан ат-Тураби был обвинен в попытке заговора и помещен в одну из тюрем, где ранее содержались и подвергались пыткам диссиденты, гонения на которых организовывались им самим же.

В годы, последовавшие за военным переворотом, Судан стал местом систематического нарушения прав человека. Международное сообщество неоднократно указывало на случаи этнических чисток, пыток и даже работорговли. В стране распространилась практика организации «призрачных домов», в которых систематически пытали противников режима. Данный факт привлек внимание организации Human Rights Watch, запустившей кампанию давления на аль-Башира с целью вынудить его отказаться от этих ужасающих практик.

Ответ не заставил себя ждать – в 1993 году Суданская организация по правам человека была упразднена, а ее наиболее активные члены были вынуждены покинуть страну. Беспокойство со стороны соседей Судана вызывал и беспрецедентный поток беженцев, бегущих от ужасов продолжающейся и разрастающейся за пределы юга гражданской войны.


Фото: AP / TASS

Государство – это я (и мои друзья)

Тем не менее к началу 2000-х годов аль-Баширу удалось консолидировать свою власть и принести долгожданную стабильность – вместо демократии в стране установился персоналистский режим могущественного автократа, который сумел настолько прочно выстроить иерархию власти в стране, что продержался в своем кресле 30 лет. Что же такое совершил аль-Башир, что сделало его фактически неуязвимым для соперников из числа элит и массовых протестов? Лидер Судана решил пойти путем деградации государственных институтов власти, расшатав их авторитет и заполонив их лояльными ему людьми из числа исламистов, которые туда попали благодаря не своим компетенциям, а своей надежности.

Да, вы всё правильно поняли: нам не нужны умные – нужны верные.

Вместо опоры на гражданские институты государства Омар аль-Башир решил сделать ставку на выстраивание обширных клиентских связей от самых низов до самых высших эшелонов власти. Стало важно, чьим кумом ты являешься, знаешь ли правильных людей, которые могут обеспечить тебе карьеру или выдать выгодный кредит на развитие своего бизнеса. Иерархия власти стала похожа на примитивную матрешку во главе с президентом. Так бывает, когда государство присваивает себе автократ-персоналист, подрывая работу государственных институтов и назначая на государственные должности не компетентных специалистов, а лояльных сторонников, что достаточно убедительно показали американские политологи Джиа Ли и Джозеф Райт в новейшем исследовании How Personalist Parties Undermine State Capacity in Democracies, опубликованном в 2023 году.

Помимо создания сети патронажа, аль-Башир также взял под свое крыло силовой блок. Военные и спецслужбы в Судане были теми институтами власти, которые представляли прямую угрозу президенту, что хорошо понимал сам аль-Башир, придя к власти во время военного переворота. Поэтому он применил излюбленную схему игроков, любящих занимать положение над схваткой, – стравливать конкурирующие военные организации с друг другом, чтобы они могли уравновешивать амбиции и посягательства на власть с разных сторон.


Боец «Джанджавида». Фото: mavink.com

Президент значительно ослабил позиции армии и укрепил власть спецслужб – Национальной службы безопасности и разведки, которая шпионила за военными, гражданскими служащими и активно внедрялась в низовые сообщества. Все вышло по классике: разделяй, властвуй и наблюдай.

Особое место в системе власти аль-Башир отвел военизированному формированию этнических арабов «Джанджавид». Президент Судана активно прибегал к услугам своеобразного арабского фрайкора – ополчения националистов, которое позже был переименовано в Силы специального реагирования (СБР). В дальнейшем СБР получили статус собственной гвардии, которая занималась личной охраной аль-Башира от остальных силовиков. «Джанджавид» «прославилась» на весь мир участием в геноциде и этнических чистках негроидного населения в Дарфуре, где гвардейцы жгли, убивали и грабили местное население по указанию суданских властей. Интересно, что один из участников гражданской войны в Судане, разразившейся в 2023 году, Мухаммад Хамдан Даггло, более известный как Хамидти, стоял во главе Джанджавида и был одним самых близких соратников аль-Башира, что не помешало ему предать своего патрона в 2019 году.


Мухаммад Хамдан Даггло. Фото: Википедия

Ничего личного, кроме нефти

В начале нулевых аль-Баширу крупно повезло – в стране начался период стремительного экономического роста благодаря высоким ценам на нефть, которые достигли своего максимума накануне мирового экономического кризиса 2008 года. В Судане активно развивалось промышленное производство, росло благосостояние, а власть смогла заручиться поддержкой населения благодаря своей политике низких цен на базовые продукты вроде хлеба и бензина.

Аль-Башир заключил с подвластным населением негласное соглашение – стабильность и экономическое процветание в обмен на лояльность, которое действовало ровно до 2011 года. После этого все пошло прахом.

В 2011 году от Судана откололся нефтеносный регион – Южный Судан, и в итоге доходы бюджета серьезно просели, что привело к постепенной деградации базы сторонников режима аль-Башира. За этим последовал период долгой политической нестабильности и экономической стагнации (важно также помнить, что на территории Судана также перманентно тлели другие конфликты – например, тот, что в Дарфуре).

Чтобы обеспечить свое выживание, президент Судана начал жестко урезать финансирование той системы клиентских связей, которые как клей держали страну единой и лояльной суданскому лидеру. Аль-Баширу также пришлось сократить бюджетные расходы на силовой аппарат, что в итоге стало решающим фактором, который определил падение его режима. Силовики, осознав, что они стали предоставлены сами себе, стали активно заниматься экономическими проектами. Национальная служба безопасности и разведки по размаху бизнеса оказалась в числе первых – представители спецслужбы вложили большие деньги в производство и экспорт оружия, подняв Судан в рейтинге ведущих экспортеров на пятую строчку.

Таким образом, аль-Башир создал фактически независимый от него силовой аппарат, который, помимо традиционных государственных функций, теперь обладал и независимыми источниками доходов. Не пришлось долго ждать, пока руководителям спецслужбы стало понятно, что в нынешнем президенте Судана они больше не нуждаются.

Вторым фактором, обеспечившим падение режима Башира, стали народные волнения. В условиях жесточайшего экономического кризиса население столкнулось с нехваткой продовольствия и стремительным скачком цен. Правительство Башира решило еще подлить масла в огонь – оно перестало субсидировать цены на базовые продукты, ограничив действие субсидий только столицей Судана – Хартумом, что в итоге привело к роковой для аль-Башира протестной мобилизации на окраинах государства, как уже не раз случалось в истории страны.

Фискальная политика государства оказала еще более деструктивное влияние на экономику страны. Правительство, чтобы сдержать инфляцию, решило ограничить доступность валюты и установив лимит на снятие наличных в банкоматах. Это не только привело к всеобщей панике и огромным очередям, но и к появлению черного рынка валюты, где за один доллар давали 90 суданских фунтов (впрочем, сейчас дают уже 600).


Хартум. Апрель 2023 года. Столкновения между спецназом и армией Судана. Фото: AP / ТАСС

«Товарищ Ленин вас предупреждал…»

В результате в Судане сложились просто идеальные условия, которые вождь советского пролетариата емко выразил в следующих словах: верхи не могут, а низы не хотят. Первыми пошли низы, когда в провинциальном городе Атбара в декабре 2018 года начались волнения с политическими лозунгами, призывавшими к отставке аль-Башира. Протесты перекинулись на другие города, и уже к январю 2019 года сложилось национальное оппозиционное движение под названием «Альянс силы и свободы перемен» (FFC), которое объединило разрозненные оппозиционные силы и координировало их.

Протесты беспрерывно продолжались вплоть до апреля, когда они достигли своей кульминации. Оппозиция выдвинула свои силы, насчитывавшие к тому моменту десятки тысяч протестующих, к главному штабу армии, где они устроили сидячую забастовку. Затем пришла очередь верхов. Силовой аппарата государства, увидев, что власть аль-Башира тает на глазах, решил свергнуть национального лидера и арестовал его 11 апреля.

Военные объявили о переходе власти к переходному правительству, которое должно было действовать два года. Затем власть должна была перейти к гражданскому руководству.

После своего свержения аль-Башир оказался в тюрьме, где его ожидает судебный процесс по ордеру от Международного уголовного суда за военные преступления и геноцид.

Беда любых автократов-единоличников в том, что они не могут эффективно распоряжаться своей властью в системе, где действуют устойчивые государственные институты. Чтобы утвердить свою власть, они вынуждены их разрушать, дабы нанести удар по позициям бюрократии и укрепить свои через личные клиентские связи.

Разрушение государственных институтов неминуемо ведет к экономическому кризису и другим структурным проблемам, которые с самого начала предопределяют бесславный и печальный финал.

Диктаторы, придя к власти, часто ведут борьбу со своими противниками, представленными в различных органах власти. Заменяют действительно компетентных людей в большей степени лояльными, которые приватизируют функции государства в угоду себе и своей компании. Итог всего этого достаточно печальный: государство мгновенно парализуется, если происходит смена власти, где очередной автократ проводит чистку государственного аппарата и назначает на ключевые посты своих сторонников. Подобная узурпация государства, которое должно работать независимо на благо всего общества, является одной из причин перманентной слабости государственных институтов, а пример суданского автократа Омара аль-Башира в этом отношении крайне показателен.

*Признаны террористическими организациями и запрещены в России.


ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Человек, который придумал госпереворот


Наши страницы в соцсетях

Евгений Берман, Арсентий Тропаревский